Фамилия Копинова — женская форма от Копинов, и её разбор лучше начать не с корня, а с суффикса, который сразу выдаёт способ образования. Суффикс -ов указывает на типичную русскую патронимическую модель: фамилию дали по отцу, которого в быту звали Копин. А вот прозвище Копин могло возникнуть двумя путями, и оба ведут к конкретному занятию или внешности предка.

Первая и самая вероятная версия — от слова «копна». Копной называли сено или солому, сложенные в кучу для просушки. Человек, который работал с сеном — сгребал его, укладывал, сторожил — легко мог получить прозвище Копна, а его сын становился Копиновым. В крестьянской среде, где сенокос был главным летним делом, такие прозвища были распространены. Менее очевидный, но возможный вариант — от глагола «копать»: Копин мог быть землекопом, рудокопом или просто человеком, который постоянно что-то рыл. Однако для «копать» типичнее основа Коп- с суффиксом -ин (Копин), а для «копны» — тоже Коп- (через «копна»), так что фонетически обе версии совпадают.

В словаре русских фамилий Б. Унбегауна модель Копин/Копинов отнесена к группе прозвищ от названий предметов и действий, без указания на редкую географию. Фамилия встречается в центральных и южных областях России, особенно в бывших чернозёмных губерниях, где сенокосы кормили деревню. Встречается и вариант Копин — без суффикса -ов, что характерно для украинской и белорусской традиции, но Копинова с окончанием -а — строго русская форма.

Социальный контекст прост: предки были крестьянами или сельскими работниками. Никаких дворянских родов с такой фамилией не зафиксировано, что подтверждает её «земляное» происхождение. Если искать редкую деталь: в некоторых говорах «копынь» означало не сено, а небольшую горку земли или холмик — тогда прозвище могло достаться человеку, жившему на возвышенности. Но это уже локальная гипотеза, уступающая основной версии с копной.