Фамилия Корчевой — яркий пример того, как за простым, на первый взгляд, прозвищем может скрываться сразу несколько профессий или черт характера. В её основе лежат два совершенно разных глагола: «корчевать» и «корчить». Выбор между ними — это выбор между тяжелым физическим трудом и склонностью к веселью.

Первая, и самая очевидная версия, отсылает нас к глаголу «корчевать» — выдирать пни, очищать землю от корней деревьев. В крестьянской среде, где каждый клочок пашни был на вес золота, корчевальщик был уважаемым человеком. Прозвище Корчевой могли дать тому, кто профессионально занимался расчисткой участков под поля или строительство. Это тяжелая работа, требующая недюжинной силы и терпения.

Вторая версия связана с глаголом «корчить». В старину у этого слова было несколько значений: «гнуть, мять, сводить судорогами» и «передразнивать, кривляться». Прозвище Корчевой мог получить либо человек, страдающий от какой-то болезни (например, падучей), либо, что более вероятно, балагур и насмешник, любивший корчить рожи и передразнивать окружающих.

Существует и третья, менее вероятная гипотеза, возводящая фамилию к монгольскому слову «корчи» — «стрелок». Однако в контексте русских фамилий эта версия выглядит натянутой и не имеет серьезной поддержки в ономастических трудах. Скорее всего, это случайное фонетическое совпадение.

Сама модель фамилии — с суффиксом -евой — встречается реже, чем привычные -ов или -ин. Она указывает на то, что прозвище Корчевой было притяжательным прилагательным, отвечавшим на вопрос «чей?». То есть изначально это было прозвание главы семьи, которое затем закрепилось за его потомками.

Исторические документы подтверждают, что фамилия бытовала в разных регионах России. В Книге памяти Смоленской области упоминается Иван Азарович Корчевой, родившийся в 1873 году в деревне Поляковка Ершичского района. А в Книге памяти Томской области записан Иван Степанович Корчевой, 1909 года рождения, уроженец села Александровка Большереченского района Омской области. Эта география — от западных до сибирских областей — говорит о том, что фамилия не была узко локальной, а встречалась на территориях активного крестьянского земледелия, где корчевание пней было делом привычным.