Фамилия Корнушина — женская форма, мужская — Корнушин. В основе лежит прозвище или неканоническое имя Корнуша. Такие имена на -уша (Михайло → Мишуша, Григорий → Гришуша) в русской традиции часто образовывали от крестильных имён, но в случае с Корнушей есть важная деталь: корень «корн-» в русском языке не связан с латинским «cornu» (рог) или английским «corn» (зерно). Это чисто славянская основа, идущая от слова «корный» — в северных и сибирских говорах так называли упрямого, своенравного человека, того, кто «корнит», то есть гнёт свою линию, не поддаётся уговорам. Возможна и более прозаичная версия: Корнуша могло быть уменьшительной формой от имени Корнилий (разговорное Корней). В этом случае фамилия Корнушин — типичный «патроним на -ин», то есть «сын Корнуши».

Обратите внимание на суффикс: -ин, а не -ов. Это указывает на то, что основа прозвища или имени оканчивалась на -а или -я (Корнуша). По правилам русской антропонимии, фамилии на -ин чаще встречались на севере и северо-востоке Руси — в Вологодской, Архангельской, Вятской губерниях, тогда как южные и западные регионы предпочитали суффикс -ов. Географически фамилия Корнушин и сегодня заметно «северная»: она фиксируется в Пермском крае, Кировской области, в Удмуртии. Это согласуется с диалектным происхождением — слово «корный» как раз характерно для севернорусских говоров.

Есть и редкая, но правдоподобная версия, связывающая фамилию с миром ремёсел. В некоторых говорах «корнуша» — прозвище корзинщика (от «корзина» через форму «корня»). Если предок занимался плетением коробов и корзин, его могли окрестить Корнушей по инструменту или изделию. Однако эта версия менее надёжна: в письменных источниках (например, в переписных книгах XVII века) фамилии от ремесла обычно образовывались через -ник (Корзинник), а не через уменьшительное -уша.

Если сравнивать с однокоренными фамилиями, то Корнушин стоит в одном ряду с Корнауховым и Корноуховым — те тоже восходят к прозвищам, но по внешнему признаку (корноухий — без уха или с обрубленным ухом). У Корнушина акцент на характере, а не на внешности. Это делает фамилию «психологической»: предок, скорее всего, был человеком с норовом — не злым, но упёртым, себе на уме. Такого в деревне и прозвали Корнуша.