Происхождение
Фамилия Корохин
Фамилия Корохин — одна из тех, где за простым звучанием скрывается неочевидная, но любопытная основа. Суффикс -ин прямо указывает на способ образования: от имени или прозвища, оканчивающегося на -а или -я. Вопрос в том, что это за основа — Короха.
Самая вероятная версия связывает Короху с диалектным словом «корох» или «короха». В русских говорах, особенно северных и сибирских, так называли крошку, мелкий кусочек, иногда — крошево из сухарей или хлеба. Прозвище Короха могли дать человеку за мелкое телосложение, незначительность или, напротив, за какую-то особую примету, связанную с крошением, измельчением. Второй вариант, не менее правдоподобный, — производное от крестильного имени Прокофий (в народной форме Прокоп, Прокоха). Усечение и переделка в Короха — обычный для русской ономастики приём: так из Прокофия получали не только Прокохина, но и Корохина. Имя было популярно в крестьянской среде, что делает эту версию массовой и устойчивой.
Встречается и третье объяснение — от слова «корх» (карач, каракушка), означающего карликовое, низкорослое дерево или кустарник. В этом случае прозвище прирастало к человеку, жившему у такого леса или напоминавшему его коренастостью. Но эта гипотеза менее распространена, так как следов фамилии в местах бытования «корха» почти нет.
Географически Корохины рассеяны по всей центральной России и Поволжью, но заметный след оставили в Нижегородской и Костромской губерниях. В писцовых книгах XVI–XVII веков встречаются упоминания крестьян с этим прозвищем — значит, фамилия сложилась не позднее первой половины XVII столетия. Сословно она почти наверняка крестьянская или посадская: в дворянских родословных Корохины не значатся, а значит, предки носителя в большинстве случаев были пашенными людьми или ремесленниками.
Таким образом, Корохин — фамилия, которая не отсылает к знатному роду, но хранит в себе живую диалектную речь: либо отсылку к крохотному, либо народное переиначивание звучного церковного имени. Оба пути ведут в одну среду — русскую деревню, где прозвища были точнее метрических книг.