Фамилия Корсакин — редкий случай, когда внешне привычная русская модель скрывает почти забытое тюркское слово. На первый взгляд, перед нами типичная фамилия на -ин, образованная от основы, оканчивающейся на -а: Корсака → Корсакин. Но сама основа «корсак» — это название степной лисицы, корсака (Vulpes corsac). В русских говорах слово закрепилось через тюркские языки (ср. казахское «қарсақ»), и означало оно не просто зверя, а прозвище хитрого, увертливого или невысокого ростом человека.

Суффикс -ин указывает на принадлежность: «чей?» — сын Корсака. Такая модель в XVI–XVII веках была особенно распространена в северных и центральных уездах России, где фамилии часто закрепляли за крестьянами и посадскими людьми по отцовскому прозвищу. В отличие от фамилий на -ов, которые активнее шли от мирских имён на согласный, -ин чаще обслуживал прозвища и имена на -а, -я.

Интересно, что у фамилии есть почти полный омоним — Корсаков, гораздо более известный благодаря дворянскому роду и адмиралу. Но Корсакин — форма патронимическая, а не топонимическая (как Корсаков, возможно, от названия села Корсаково). В переписях XIX века Корсакины встречаются в основном среди крестьян и мещан Поволжья и Приуралья — регионов, где русское население веками контактировало с тюрками, заимствуя и прозвища, и бытовую лексику.

Вторая, менее вероятная версия связывает фамилию с литовским словом korsakas (заяц-русак), но для русского ареала это экзотика. Правдоподобнее считать, что предок носителя получил прозвище за сходство с лисой-корсаком — либо внешне, либо по характеру. Фамилия не имеет отношения к «корсам» (так называли короткие кафтаны) — это ложная этимология, возникающая из-за созвучия.