Фамилия Кошурин — яркий пример того, как простое прозвище закрепилось в родовом имени, но сегодня его исходный смысл уже неочевиден. В основе фамилии лежит слово «кошура» или «кошур». В русских говорах, особенно на юге и западе России, «кошурой» называли кота или кошачьего самца. В переносном смысле так могли прозвать человека за какие-то кошачьи повадки: хитрость, вкрадчивость, любовь к теплу и уюту, а может, за то, что он был завзятым любителем кошек.

Модель образования здесь прозрачна: суффикс -ин указывает на принадлежность. Кошурин — буквально «сын Кошуры» или «человек из семьи Кошуры». Это типичная патронимическая фамилия, которая закрепилась, когда прозвище перешло от отца к детям. В отличие от фамилий на -ов/-ев, которые чаще образовывались от имен или прозвищ на твердый согласный, суффикс -ин характерен для основ на -а/-я, что подтверждает прозвищное происхождение.

Интересно, что у фамилии есть и менее очевидная, но правдоподобная версия. Слово «кошура» в некоторых диалектах означало не только кота, но и... овцу или ягненка (сравните с украинским «кошара» — овчарня). Если предок был пастухом или владельцем отары, прозвище Кошура могло относиться к его занятию. Эта версия менее популярна, но лингвистически не слабее «кошачьей», особенно если учесть, что в южнорусских и украинских говорах скотоводческая лексика была богатой.

Географически фамилия Кошурин встречается не повсеместно. Основные очаги — Курская, Белгородская, Воронежская области, а также Украина. Это говорит о том, что фамилия сформировалась в зоне смешения великорусских и малороссийских говоров, где слово «кошура» было в ходу. В северных регионах она редка: там кота чаще называли «кот» или «котяра», а овцу — «овца» или «ярка».

В дореволюционных документах фамилия могла писаться через «а» — Кашурин, что связано с аканьем, свойственным этим местам. Однако основной вариант сохранил корневое «о», которое указывает на исходное прозвище. В целом, Кошурин — фамилия, которая не связана с дворянскими титулами или известными историческими личностями, но зато хорошо отражает бытовую, крестьянскую среду, где прозвища давали метко и по делу.