Фамилия Крашанинников — редкий случай, когда при беглом взгляде кажется, что корень очевиден, а на деле всё сложнее. Первая мысль: «крашенина» — крашеная домотканая материя, а предок, выходит, красильщик или торговец холстом. Но вторая часть фамилии — «-ан-» — заставляет сомневаться. Обычно суффикс -ан- в русских фамилиях образует прозвища от глаголов (кричать — крикун, драться — драчун) или от существительных с оттенком просторечия. «Крашанин» как «тот, кто красит» — форма нехарактерная. Скорее всего, в основе не ремесло, а прозвище Крашаня — так могли назвать человека за яркую, «кричащую» одежду, за смуглую кожу или даже за привычку краснеть. Суффикс -ин- в окончании фамилии указывает на принадлежность: «чей?» — Крашанинов, то есть сын или потомок Крашани. Но у нас «Крашанинников» — с двойным -ин-. Такое удвоение — типичная ошибка письменной фиксации. В документах XVIII–XIX веков фамилию могли записать на слух, и притяжательное «Крашанинов» превратилось в «Крашанинников» под влиянием распространённых фамилий на -ников (Стрельников, Плотников). По сути, это та же модель, что и в фамилии Крашенинников, но с другим суффиксом. Если Крашенинников — это «сын красильщика» (крашенина → крашенинник), то Крашанинников — «сын человека по прозвищу Крашаня». В словаре Б. Унбегауна эта фамилия не упоминается, что подтверждает её редкость и, вероятно, локальное бытование. Основной ареал — северные и центральные губернии России, где была развита домотканая мануфактура, но точной привязки к одному уезду нет. Социальный состав носителей — почти наверняка крестьяне или посадские, поскольку фамилия образована от прозвища, а не от церковного имени. Дворянских родов с такой фамилией не зафиксировано. Итог: предок Крашанинникова не обязательно красил ткани — скорее, он сам был «крашеным» в переносном смысле, и эту черту закрепили в прозвище, а уже потом канцелярская ошибка удвоила суффикс.