Фамилия Краснопопкин звучит почти как анекдот, но за ней стоит редкая и точная словообразовательная модель. В отличие от большинства русских фамилий на -ов (сын Ивана — Иванов), здесь основа — не имя, не профессия, а прозвище, построенное по типу прилагательное + существительное. «Красный поп» — так могли называть человека с рыжими волосами (в старорусском «красный» означало не только цвет, но и красивый, яркий) или священника, носившего красную ризу. Второй вариант правдоподобнее: в народе попа с ярким облачением могли выделить прозвищем Краснопоп, которое затем закрепилось за его детьми как Краснопопкины.

Суффикс -кин указывает на принадлежность: чей? — Краснопопкин, то есть сын того самого попа. Обычно фамилии на -ин/-ын образуются от основ на -а/-я (сын Миши — Мишин), но здесь к основе на согласный добавили -кин, что встречается реже, но не является ошибкой. Это говорит о том, что прозвище бытовало в устной речи именно в форме «Краснопопка» (уменьшительное или уничижительное) или же фамилия возникла в диалектной среде, где суффиксальные нормы были менее строги.

Географически фамилия почти не зафиксирована в современных списках, что указывает на её крайнюю редкость. Вероятно, она могла возникнуть в среде казачества или однодворцев юга России, где прозвища на «красный» (рыжий) и церковные термины смешивались чаще, чем в центральных губерниях. Вторая гипотеза — прозвище могли дать не попу, а человеку с красным лицом (от природы или от пьянства), но тогда бы фамилия скорее писалась как Краснолицкий или Красномордов.

Сравните с однокоренными: Краснопопов (более стандартная модель) или Краснопоп (без суффикса). Вариант с -кин — уникальный, и именно он делает фамилию не просто забавной, а ценной для ономастики: она сохранила редкий способ словообразования, который в XVIII–XIX веках почти исчез из литературного языка.