Фамилия Крестин — не самая прозрачная на первый взгляд. В ней слышится что-то связанное с крестом, и это верное направление, но путь к её появлению был не прямым, а через церковную традицию.

Разберёмся с суффиксом. В фамилии Крестин мы видим суффикс -ин, который по правилам русского языка обычно присоединяется к основам женского рода или к словам, оканчивающимся на -а, -я. Казалось бы, «крест» — слово мужского рода, и логичнее было бы ожидать форму Крестов (как Розов от «роза», хотя тут другая история). Но Крестин образован не напрямую от существительного «крест», а от имени или прозвища Крестя. Такая форма могла быть кратким вариантом церковного имени, данного в честь праздника.

И здесь ключевой момент. Большинство семинарских фамилий с основой «крест» — Крестов, Крестинский, Крестин — давались не просто по символу, а приурочивались к конкретному церковному празднику. Речь о Воздвижении Честного Креста Господня, который Церковь отмечает 27 сентября. Это один из двенадцати главных (двунадесятых) праздников. По значимости его сравнивают со Страстной неделей: он тоже требует строгого поста и усиленной молитвы, но если на Страстной скорбят о страданиях, то в день Воздвижения радуются победе над смертью и искуплению человечества. Крест в этот день чествуют как орудие этой победы и величайшую святыню.

Фамилию Крестин, скорее всего, получил воспитанник духовной семинарии, который либо родился в день этого праздника, либо был наречён в его честь при постриге или зачислении. Имя Крестя — это обиходная, «домашняя» форма полного церковного имени, связанного с Крестом. Так из прозвища Крестя и родилась фамилия с характерным суффиксом принадлежности -ин, указывающим на то, что предок был «из рода Крести». В отличие от фамилии Крестов, которая могла возникнуть и вне семинарской среды — от названия деревни или прозвища, — Крестин почти наверняка указывает на духовное сословие и конкретную дату в церковном календаре.