Фамилия Крестиничев — редкий случай, когда суффикс -ичев указывает не на отчество от крестильного имени, а на прозвище или профессию. В русской ономастике модель на -ичев обычно образуется от основ на -ик (Кузьмичев от Кузьмик, Иваничев от Иваник). Здесь основа «Крестин» — это не имя, а усеченная форма слова «крестильник» или «крестинец».

В северных и центральных говорах Руси «крестильником» называли того, кто крестил младенцев — либо священника, либо, что чаще, крестного отца. В некоторых диалектах «крестинец» означал человека, принявшего крещение во взрослом возрасте, то есть новообращенного. Фамилия Крестиничев, таким образом, могла принадлежать потомку либо крестного родителя (уважаемая роль, дававшая прозвище), либо человека, которого окрестили относительно поздно, что выделяло его среди соседей.

Суффикс -ичев (а не более распространенный -ов или -ин) — признак севернорусского или, реже, сибирского происхождения. В Новгородской, Вологодской, Архангельской губерниях патронимы на -ичев были обычны, но здесь он присоединен к прозвищной основе, а не к имени. Это сближает Крестиничева с фамилиями типа Бортничев (от бортник) или Скорняков — по роду занятий, а не по имени отца.

Стоит отметить, что фамилия не имеет отношения к имени Крестин (такого в святцах нет). Ошибочно также связывать её с фамилией Крестинин, которая образована от редкого имени Крестин (от «крест»). Крестиничев — более сложная по структуре форма, и её прозвищное происхождение надежнее подтверждается диалектным материалом. Встречаемость фамилии крайне низкая, что указывает на локальное бытование, скорее всего, в одном из северных регионов или в среде старообрядцев, где прозвища, связанные с обрядом крещения, имели особый вес.