Фамилия Крохолев — редкая и неочевидная. Если отбросить интуитивное желание связать её со словом «кроха» (малыш), окажется, что корень здесь иной, и история фамилии уходит в мир ремёсел и народных прозвищ.

Словообразовательная модель проста: суффикс -ев указывает на принадлежность («чей сын?» — Крохолев). Основа — прозвище Крохоль. В русских говорах, особенно на северо-западе и в псковско-новгородских землях, «крохоль» (или «крохаль») — это название птицы, большого нырка, утки-рыбака. Прозвище Крохоль могли дать человеку за характерную внешность (например, за большой нос или особую манеру нырять) либо за профессию, связанную с охотой на водоплавающую дичь. Вторая, менее распространённая версия отсылает к диалектному глаголу «крохтать» — крошить, мельчить. В этом случае Крохолем могли назвать скрягу или, наоборот, человека, занимавшегося измельчением зерна или табака.

Географически фамилия тяготеет к северу России. В писцовых книгах XVI–XVII веков встречаются крестьяне и посадские люди с прозвищем Крохоль в Новгородской и Вологодской губерниях. В отличие от фамилий на -ин, которые часто образовывались от имён на -а/-я (Кроха → Крохин), суффикс -ев здесь закрепляет именно прозвищную форму на твёрдый согласный.

Социальный контекст: Крохолевы — это почти наверняка потомки крестьян или ремесленников, а не дворян. Фамилия не попала в «Бархатную книгу» и не фиксируется в родословных росписях столбового дворянства. Её носители — люди из гущи народной жизни, где прозвище закреплялось за ухваткой, занятием или внешностью.

Интересная деталь: в некоторых современных переписях фамилию путают с Крохалёвым (от «крохаль» — утка) или ошибочно записывают как Крохалев. Исходная же форма Крохолев сохранила древний диалектный вариант с «о» во втором слоге, что и делает её ценной для лингвиста: она законсервировала живое народное произношение, которое в литературном языке уже угасло.