Фамилия Куратова, судя по всему, имеет несколько независимых корней, и разобраться в них — значит понять, кем могли быть разные предки её носителей. Самая неожиданная версия отсылает к эстонскому слову «kurat» — «черт». В русской среде так могли прозвать выходца из Эстонии, и это объяснение стоит наравне с другими, а не является второстепенным.

Более привлекательная для славянского уха гипотеза связывает прозвище Курат с румынским «curat» — «чистый, опрятный» или «честный». В этом случае прозвище давали человеку уважаемому, аккуратному и порядочному. Третья версия, опирающаяся на словарь Даля, выводит основу из глагола «курать» — делать наспех, кое-как, особенно о шитье и письме. Тогда родоначальник был человеком торопливым, возможно, небрежным в работе.

Наконец, есть и тюркский след: слова «кырат» (степная лошадь) или «курбат» (близкий к богу). Здесь прозвище могло указывать либо на искусного наездника, либо на глубоко верующего человека. Какая из этих версий верна для конкретной семьи — редко удаётся установить точно, но сам разброс значений говорит о том, что фамилия бытовала в разных регионах и социальных слоях.

Фамилия образована по стандартной восточнославянской модели с суффиксом -ов: Курат + ов = Куратов, а женская форма Куратова. В архивных записях фамилия встречается в Сибири и центральной России. В Книге памяти Томской области значится Куратов Афанасий Григорьевич (1917 г.р.), в Смоленской — Куратов Георгий Николаевич (1899 г.р.), в Омской — Куратов Иван Евстафьевич (1871 г.р.). Самый известный носитель — Иван Алексеевич Куратов (1839–1875), основоположник коми литературы, лингвист и поэт. Его фамилия, скорее всего, имеет местное, коми происхождение, что добавляет ещё один слой к истории рода.