Фамилия Куртушины — редкий случай, когда в основе лежит прозвище, а не крестильное имя. Первое, что бросается в глаза, — суффикс -ин, типичный для русского Севера и Поволжья. Он указывает на принадлежность: Куртушин — это «сын Куртуши». Само прозвище Куртуша, скорее всего, связано с глаголом «куртать» — хворать, хромать, болеть. Так могли прозвать хилого, слабого или прихрамывающего человека. В говорах слово «куртать» встречается в значении «горбиться, съёживаться» — тоже подходящая характеристика для прозвища.

Есть и другая версия, менее очевидная. В некоторых диалектах «куртыш» — это лукавый, нечистый дух. Если родители давали ребёнку «охранительное» имя Куртуша, они верили, что злые силы не тронут того, кто уже назван их именем. Такой обычай был распространён у славян: считалось, что нечисть не позарится на «своего». Со временем имя-оберег забылось, и его стали воспринимать как прозвище.

Третья версия выводит фамилию за пределы славянского мира. В тюркских языках есть имя Курташ — «волк». Волк — тотемный зверь у многих народов, символ силы и выносливости. В русском просторечии имя могло адаптироваться как Куртуша, а затем перейти в фамилию через ту же модель с суффиксом -ин. Эта версия правдоподобна для регионов, где славяне веками соседствовали с тюрками: например, в Казанском ханстве или на южных окраинах Московского государства.

Известных носителей фамилии Куртушины в открытых источниках нет — это редкая, локальная фамилия. Она не попала в массовые списки дворянства или купечества, что говорит о её крестьянском или однодворческом происхождении. Чтобы точно определить, от какого корня пошла конкретная ветвь, нужны архивные документы: ревизские сказки или метрические книги той местности, где фамилия встречалась чаще всего. Без них любая из трёх версий остаётся лишь предположением, хотя первая — от слова «куртать» — кажется самой естественной для бытового прозвища.