Фамилия Курукина — женская форма фамилии Курукин, которая образовалась от прозвища Курука. Её основа, скорее всего, восходит к тюркскому слову «курук». В казахском языке так называли длинный шест с петлёй на конце — аркан для ловли лошадей. Если это так, то прозвище Курука мог получить человек, который занимался коневодством или хорошо владел этим снаряжением.

В русских говорах слово «курук» не встречается, поэтому фамилия явно восточного происхождения. Она относится к распространённому типу древнейших восточных фамилий, которые пришли из тюркской языковой среды. Судя по географическому распространению, фамилия Курукины встречается в Поволжье и на Южном Урале — в регионах, где веками соседствовали русские и тюркские народы.

Конь в культурах Востока и Руси — не просто домашнее животное. На Руси коня считали символом добра, удачи и помощи. Его изображение — «конёк» — ставили на крышу дома как оберег, а подкову вешали у входа до сих пор. В тюркской мифологии конь — ещё и посредник между мирами, символ мысли и движения. Поэтому прозвище Курука могло нести не только профессиональный, но и уважительный, даже почётный оттенок.

Фамилия образована по стандартной русской модели: к основе Курук- добавили суффикс -ин, который указывал на принадлежность («чей сын?» — Курукин). В XVI–XVII веках такие фамилии закреплялись за служилыми людьми, крестьянами и посадскими. То, что фамилия не дворянская, а «народная», говорит о том, что предки Курукиных были людьми простого звания — скорее всего, коневодами, пастухами или охотниками, которые жили в степных или лесостепных краях.

Встречается и альтернативная версия: что «курука» может быть искажением слова «курака» — «сушёный» (от тюркского «куру» — сухой). Возможно, прозвище дали человеку сухощавого телосложения. Но эта гипотеза менее правдоподобна, потому что «курук» как аркан — конкретный, узнаваемый предмет, а прозвища по орудиям труда и ремёслам в тюркской среде встречались гораздо чаще.