Фамилия Ладонин — одна из тех, где на первый взгляд всё ясно, а при ближайшем рассмотрении начинаются споры. Она образована по стандартной модели с суффиксом -ин, который в русских фамилиях указывает на принадлежность: «чей?» — Ладонин, то есть сын или потомок человека по имени или прозвищу Ладоня. Вопрос в том, что скрывается за этим прозвищем.

Самая очевидная версия — связь со словом «ладонь». В русских говорах «ладоня» или «ладонь» могло быть прозвищем человека с широкими, большими ладонями, либо того, кто занимался ручным трудом, например, плотника или кузнеца. Такие прозвища по частям тела — «Лоб», «Нос», «Ухо» — в крестьянской среде были распространены, они давались метко и без обид.

Вторая версия, которую поддерживают некоторые ономасты, — происхождение от дохристианского имени Ладоня, которое могло быть производным от славянского корня «лад» (ладный, хороший, мирный). В этом случае фамилия несла бы пожелательный смысл: «рождённый в ладу» или «ладный человек». Имя Ладоня не фиксируется в святцах, но в быту такие имена встречались вплоть до XVII века, пока церковь не начала жёстко вытеснять их.

Третья, более редкая гипотеза, связывает фамилию с географическими названиями. В Тверской и Новгородской областях есть деревни Ладонино, Ладониха. Если предки происходили из такого места, их могли записать как Ладонины — по названию деревни. Но это скорее вторичный случай, когда фамилия уже возникла на местной почве.

Суффикс -ин, а не -ов, подсказывает, что основа заканчивалась на -а или -я. Это характерно для северных и центральных русских говоров. В южных регионах чаще встречалась бы форма Ладонов. Фамилия Ладонин не относится к числу аристократических — в дворянских родословных книгах она почти не встречается. Это фамилия крестьянская или мещанская, и носители её чаще всего жили в Ярославской, Костромской, Владимирской губерниях, где прозвища на -оня были особенно в ходу.

Какую бы версию ни выбрать, ясно одно: предок нынешних Ладониных получил прозвище не случайно — либо за внешнюю примету, либо за характер, либо за мастерство. Точнее сказать трудно: письменных источников XVI–XVII веков по этой фамилии сохранилось мало, и большинство архивных данных обрывается на XVIII столетии.