Фамилия Лапутины — один из тех родовых имен, где за простой формой скрывается спор о значении. В основе лежит прозвище Лапутя, и у него есть два главных объяснения, причём первое выглядит убедительнее.

Самая прямая версия ведёт к старобелорусскому слову «лапутя» — так называли неповоротливого, медлительного человека. Прозвище метило в характер: неловкий, неуклюжий, нерасторопный. В этом случае фамилия — чистая характеристика, каких много в русской ономастике (вспомним Медведя, Косого или Лентяя). Слово «лапутя» именно с таким значением фиксируется в исторических говорах, и это надёжная опора.

Вторая гипотеза связывает прозвище с лаптями — плетёной обувью из лыка или бересты, которая была повседневной в русской деревне вплоть до первой трети XX века. Логика здесь «профессиональная»: Лапутей могли прозвать мастера-лапотника, того, кто плёл лапти на продажу или для односельчан. Однако морфология слабее: от слова «лапти» естественнее ждать прозвища Лапоть (от него пошли Лаптевы), а форма Лапутя — с суффиксом -ут(я) — характерна именно для прозвищ-характеристик (толстяк — Толстутя, верзила — Верзила, но не ремесло). Поэтому версия с «неповоротливым» человеком предпочтительнее.

Суффикс -ин в фамилии Лапутин — стандартная русская модель, указывающая на принадлежность: «чей?» — Лапутин, то есть сын, потомок Лапути. Такая модель в XVI–XVII веках была основной для крестьян и посадских людей Центральной России и Севера. Фамилия Лапутины, таким образом, скорее всего, крестьянская по происхождению, но точную географию можно установить только по писцовым книгам и ревизским сказкам — без серьёзного генеалогического поиска сказать, где именно жил первый Лапутя, нельзя.

Интересно, что фамилия Лапутин встречается и у белорусов (где исходное слово «лапутя» сохранилось лучше), и у русских, особенно в северных и центральных губерниях. Возможно, в разных родах прозвище возникло независимо — в одном за неуклюжесть, в другом за ремесло. Окончательный ответ даст только семейный архив.