Фамилия Лохновская — редкий пример, где прозвищная основа и суффикс указывают на украинские или белорусские корни. Модель образования типична для шляхетских фамилий: топонимический суффикс -ск-/-цк- мог присоединиться к прозвищу Лохно, чтобы подчеркнуть принадлежность к роду или местности. Но сначала разберёмся с самим прозвищем.

Основная версия связывает Лохно с украинским глаголом «лохнути» — «быть в отчаянии», «горевать». Так могли прозвать человека эмоционального, склонного к переживаниям. Менее вероятна связь с нарицательным «лох» (рыба или, в просторечии, простак). Однако исторические документы фиксируют именования на «Лох-» уже в XVI–XVII веках: Ириша Лох Савосин (крестьянин, 1539), Савва Лохов (приказчик Кирилло-Белозерского монастыря, 1558), Семен Лохов (посадский человек, 1624). Эти записи доказывают, что основа не была редкостью в допетровской Руси, но суффикс -но указывает скорее на южнорусские или западнорусские говоры.

Прозвище Лохно, скорее всего, сначала было личным именем, а затем закрепилось как фамильное. Переход произошёл через патроним: сына Лохна называли Лохновским, то есть «потомком Лохна». Суффикс -ский в таком контексте мог означать и «выходец из поселения Лохново» — если такое село существовало, оно могло получить название по тому же прозвищу. Точных географических привязок фамилии Лохновская сегодня мало, но встречается она преимущественно в западных регионах бывшей Российской империи, что подтверждает украинско-белорусскую версию происхождения.

Отдельно стоит отметить: фамилия не связана с современным жаргонным значением слова «лох». В XVI–XVII веках это было полноценное прозвище без уничижительного оттенка.