Фамилия Лохнева — женская форма фамилии Лохнев. Её основа — прозвище или нецерковное имя Лохоня, которое, скорее всего, происходит от слова «лох» в старом значении «лосось» или «сёмга». В северных русских говорах, особенно в Архангельской и Вологодской областях, «лохом» называли рыбу, а «лохоней» — возможно, рыбака или человека, связанного с рыбным промыслом. Такая версия куда убедительнее, чем связь с современным бранным значением слова «лох», которое появилось в русском языке поздно, из уголовного жаргона XIX–XX веков.

Модель образования типична для русских фамилий: к основе на -х- добавляется суффикс -нев. Это разновидность патронимического суффикса -ев, но с закономерным чередованием: в диалектах и просторечии сочетание «хн» давало «шн» (ср. Лохнев и Лошнев — это варианты одной фамилии). Встречается также написание Лахнев, что отражает акающее произношение. Таким образом, Лохнев буквально означает «сын Лохони», то есть потомок человека, которого в своё время прозвали по роду занятий или внешнему сходству с рыбой.

Надо сказать, что фамилия редкая и географически привязана к Русскому Северу. В переписных книгах XVII–XVIII веков Лохневы встречаются среди крестьян и посадских людей Вологодчины и Поморья. В отличие от многих фамилий на -ов/-ев, которые могли быть и дворянскими, эта оставалась крестьянской и мещанской — никаких известных дворянских родов с такой фамилией не зафиксировано.

Спорный момент — возможная связь с диалектным «лох» в значении «неуклюжий человек» или «простофиля». Но, как уже сказано, это значение вторично и литературно закрепилось лишь в XX веке. Для XVI–XVII веков, когда фамилия складывалась, «лох» означало именно рыбу, и прозвище Лохоня могло быть нейтральным или даже почётным для рыбака. Версия с уничижительным смыслом — натяжка, её стоит отбросить.

В современной России носители фамилии Лохнева живут в основном в Вологодской, Архангельской и Кировской областях, что подтверждает северное происхождение. Редкость фамилии объясняется узкой локальной основой: прозвище не было распространено повсеместно, а закрепилось только в тех местах, где ловля лососёвых была привычным делом.