Фамилия Люлькова — яркий пример того, как русская фамилия может быть образована не от имени или профессии, а от предмета, связанного с бытом и детством. В её основе лежит слово «люлька». В разных говорах у него было два основных значения: колыбель (зыбка, люлька для младенца) и короткая курительная трубка. Какое из них стало прозвищем для родоначальника, сказать сложно, но оба варианта по-своему логичны.

Если исходить из первого значения, то прозвище Люлька мог получить человек, который изготавливал колыбели, то есть столяр или плотник, специализировавшийся на детской мебели. В крестьянском быту люльку часто делал сам хозяин или деревенский умелец, и такое прозвище закреплялось за мастером. Второй вариант — трубка — ведёт к прозвищу курильщика. В среде, где курение было не повсеместным, человека с трубкой могли выделить и назвать Люлькой. Оба прозвища относятся к так называемым «нейтральным» — они описывали привычку или занятие, не неся явной негативной или хвалебной окраски.

Модель образования типична для русских фамилий: суффикс -ов- указывает на принадлежность («чей?»). Люльков — сын или потомок человека по прозвищу Люлька. Женская форма Люлькова закрепилась как фамилия по мужу или отцу. В документах фамилия встречается в разных регионах, но чаще всего — в центральных и южных губерниях России, где слово «люлька» в значении «колыбель» было особенно распространено.

Интересно, что фамилия Люльков (и её женский вариант) не имеет отношения к фамилиям, образованным от тюркских корней, хотя внешне похожа на них. Это исконно русская фамилия, построенная на чисто славянском бытовом слове. Сравните с однокоренными фамилиями: Люлькин (от того же корня, но с другим суффиксом) или Зыбкин (от слова «зыбка» — синонима люльки). Все они — из одного смыслового гнезда, связанного с детством и домом.

В словаре русских фамилий Б. Унбегауна модель с суффиксом -ов от прозвищ на -ка описывается как одна из самых массовых, и Люлькова — её типичный представитель. Никакой тайны или благородного происхождения здесь нет: перед нами фамилия, которая прямо говорит о занятии или особенности предка, жившего несколько веков назад.