Фамилия Лютынский — пример редкой модели, где на стыке корня и суффикса возникает неочевидная история. Её основа — «Лютын(ь)» — это не усечённое имя и не географическое название в чистом виде, а скорее прозвище или производное от прилагательного «лютый». В древнерусском языке «лютый» означало не только «злой, свирепый», но и «сильный, суровый, неукротимый». Такое прозвище могли дать человеку с крутым нравом, воину, отличавшемуся в бою, или даже охотнику, который брал зверя в одиночку.

Суффикс «-ын(ь)» в основе — уменьшительная или принадлежная форма: Лютыня — это «сын Лютого» или «маленький лютый». Затем к этой основе добавился типичный для шляхетских и духовных фамилий суффикс «-ский», который указывал на территориальную или родовую принадлежность. Таким образом, Лютынский — это буквально «происходящий от Лютыни» или «из рода Лютыней».

Географически фамилия тяготеет к западнорусским землям — современной Беларуси, западной Украине и восточной Польше. В Речи Посполитой фамилии на «-ский» были маркером благородного происхождения, но не обязательно высокого статуса: их носили и мелкопоместные шляхтичи, и выходцы из духовенства. В отличие от массовых «-ов» и «-ин», Лютынский не мог возникнуть у крепостного крестьянина в центральной России — там такую модель не использовали.

Встречаются два варианта ударения: Люты́нский (на «ы») и Лю́тынский (на «ю»). Первый логичнее с точки зрения словообразования — суффикс «-ын-» обычно ударный. Второй, возможно, появился под влиянием польского произношения или местных говоров. Фамилия остаётся редкой: в современных базах данных она фиксируется единичными случаями, в основном в Минской и Гродненской областях Беларуси, а также среди потомков эмигрантов первой волны.