Фамилия Максютовы, при всей её кажущейся прозрачности, таит в себе неожиданный поворот. Хотя на первый взгляд она кажется простонародной формой от имени Максим (через уменьшительное «Максюта»), её корни могут уходить глубже — в тюркскую ономастику.

Разберём обе версии, так как обе имеют право на существование.

Первая, «русская» версия. Она лежит на поверхности: фамилия образована от крестильного имени Максим через его разговорную форму — Максюта. Суффикс -ют- в данном случае не является стандартным русским уменьшительным (как, например, -к- или -ш-), что делает форму «Максюта» редкой и диалектной. Скорее всего, так могли называть в северных или псковских говорах. Само имя Максим восходит к латинскому maximus — «величайший». Покровителем имени считается преподобный Максим Исповедник, богослов, боровшийся с монофелитской ересью. За свою принципиальность он был подвергнут пыткам и умер в ссылке в Колхиде; позже его учение признали на VI Вселенском Соборе. В этой версии фамилия Максютов — типичный «отчество»: сын Максюты (то есть Максима) стал Максютовым.

Вторая, «тюркская» версия. Она сложнее, но для фамилии с окончанием -ов и основой на -ют- весьма вероятна. Дело в том, что имя Максют (или Максуд) — распространённое у татар, башкир и других тюркских народов. Оно происходит от арабского максуд — «желанный, цель, стремление». В русских документах XVI–XVII веков нередко встречаются служилые татары и мурзы с именем Максют (например, Максют Тенишев, упоминаемый в разрядных книгах). При переходе в русское подданство такие фамилии получали стандартный русский суффикс -ов, превращаясь в Максютовы. В этом случае фамилия не имеет никакого отношения к латинскому «maximus», а указывает на родоначальника, которого назвали «желанным» или «долгожданным» ребёнком.

Что правдоподобнее? Если опираться на географию, то фамилия Максютовы наиболее плотно представлена в Поволжье и на Урале — в зоне активного русско-тюркского пограничья. Это склоняет чашу весов в пользу второй версии. Однако полностью исключать «русский» путь через редкую форму Максюта от Максима тоже нельзя — такие случаи фиксируются в северных областях.

Таким образом, фамилия Максютовы — это, скорее всего, не просто «памятник славянской письменности», а живой след межэтнического контакта. Её носители могли быть как потомками православного крестьянина по имени Максюта, так и выходцами из тюркской служилой аристократии, получившими фамилию по имени предка-мурзы. Точного ответа без генеалогического исследования конкретной семьи не даст никто, но обе истории по-своему показательны для истории России.