Фамилия Малетина — классический пример русской фамилии, образованной с помощью суффикса -ин. Этот суффикс указывает на принадлежность: Малетина буквально значит «дочь или жена Малеты». Основа здесь — прозвище или некалендарное имя Малета, и именно в его происхождении кроется главный интерес.

Самая очевидная версия связывает Малету с прилагательным «маленький». Такое прозвище на Руси было распространено: им могли наделить младшего сына в семье, чтобы выделить его среди старших братьев, или же новорождённого, чьё имя ещё не выбрали. Не исключено и чисто внешнее описание — так могли прозвать невысокого, субтильного мужчину. В этом случае фамилия отражает физическую особенность предка, что типично для прозвищной модели русского именослова.

Однако у имени Малета есть и менее очевидные, но не менее интересные корни. В старину «малый» могло означать не только размер, но и социальный статус — «младший по положению», «слуга», «помощник». Кроме того, Малета могла быть народной, обиходной формой крестильных имён. Подходящих кандидатов несколько: Малахий (в переводе с древнееврейского «мой посланец»), Мелетий (от греческого «заботливый») или редкое имя Мал (в переводе с греческого «злой»). В быту такие длинные имена часто сокращали и переделывали, и Малета — вполне возможный вариант такого упрощения.

С точки зрения географии, фамилия Малетин (и её женская форма Малетина) встречается в разных регионах России, но особенно часто — в северных и центральных областях, где были сильны традиции некалендарных имён и прозвищ. Сравните с однокоренными фамилиями: Малов, Малых, Малюгин — все они восходят к тому же корню «мал-», но образованы разными суффиксами, что указывает на разные исторические модели именования в разных говорах.

Таким образом, фамилия Малетина не имеет единственного и однозначного толкования. Она могла возникнуть и как прозвище по росту или возрасту, и как производная от церковного имени. Какой из вариантов верен для конкретной семьи — зависит от местности и истории рода, но все они укладываются в логику русской антропонимии XV–XVII веков, когда фамилии только начинали закрепляться.