Фамилия Машарский — редкий пример русской фамилии, которая, судя по всему, ведет родословную не от личного имени или прозвища предка, а от названия исчезнувшего города. Речь о средневековом золотоордынском Мажаре (в летописях — Маджары), на развалинах которого сегодня стоит Буденновск в Ставропольском крае. Формант -ский в данном случае указывает на географическую или топонимическую основу: так обычно называли выходцев с определенной территории, и Машарский — это, по всей вероятности, «тот, кто родом из Мажара» или «живший при Мажаре».

В XIII—XIV веках Мажар был не просто поселением, а крупнейшим центром Предкавказья. Город стоял на пересечении караванных путей, обладал правом чеканить собственную монету, имел водопровод, а его архитектура, по отзывам современников, могла соперничать с Самаркандом и Бухарой. Население Мажара было пестрым: монголы, половцы, аланы, русские и другие народы жили здесь бок о бок. Поэтому предок Машарских мог принадлежать к любому из этих этносов — фамилия фиксирует скорее место, чем национальность.

Сам топоним Мажар тоже не имеет однозначной этимологии. По одной версии, название переводится с тюркского как «город камня» — возможно, из-за каменных построек, редких для степной зоны. По другой — оно восходит к имени первого правителя или основателя города. Существует и версия о тюркском микроэтнониме «мажары», который мог дать имя и городу, и фамилии. Какая из гипотез верна, сказать сложно, но все они логично объясняют появление фамилии Машарский.

Менее правдоподобная версия связывает фамилию с чеченским словом «машар» — «мир». Согласно ей, Машарским могли прозвать миролюбивого, спокойного человека. Однако эта гипотеза слабее топонимической: суффикс -ский в русских фамилиях крайне редко крепится к иноязычным прозвищам напрямую, а вот для обозначения выходца с определенной земли он как раз типичен. Так что версия о Мажаре остается основной.

Учитывая, что город прекратил существование в конце XIV века, после походов Тамерлана, фамилия Машарский — это своего рода окаменелость, сохранившая память о месте, которого уже нет на картах. Те, кто носит ее сегодня, могут считать себя связанными с одной из самых ярких и загадочных страниц истории Северного Кавказа — эпохой, когда в степях между Каспием и Кавказом процветал город, равный по красоте Самарканду.