Фамилия Мекшин звучит кратко и даже несколько резко, но за этой простотой скрывается длинная цепочка превращений, уводящая нас вглубь веков. Если отбросить сомнительные версии, то перед нами классический пример того, как мирское имя, пройдя через уменьшительную форму, закрепилось в фамилии. Наиболее убедительная гипотеза связывает её с именем Микеша — ласкательным вариантом канонического имени Никифор.

Само имя Никифор пришло на Русь вместе с христианством из Византии, а его древнегреческая основа означает «победоносный». Это имя было широко распространено среди простых людей, и, как это часто бывало, в быту его сокращали и переделывали на свой лад. Так из Никифора получился Микеша, а уже от этой народной формы образовалась фамилия Мекшин. В основе лежит типичная для русских фамилий модель: суффикс -ин указывает на принадлежность, то есть «Мекша» — это сын Микеши, потомок того самого человека, которого в округе звали уменьшительным именем.

Стоит добавить, что имя Никифор имело и своих небесных покровителей, что укрепляло его популярность. Например, почитался святой мученик Никифор, живший в Антиохии Сирийской. Он открыто исповедовал себя христианином, стойко перенес истязания за веру и был казнен через усечение мечом. Память о таких подвижниках делала имя насущным в народном календаре, а значит, и частым в крестьянской среде, где имена давали не столько в честь абстрактных святых, сколько по святцам.

Существует, правда, и альтернативная версия, которую всерьёз рассматривать не стоит. Кое-кто пытается вывести основу фамилии от искаженного глагола «мешкать», то есть «медлить». Согласно этой гипотезе, прозвище Мекша мог получить нерешительный и вялый человек. Однако такое объяснение выглядит натянутым: слишком уж очевидна связь с именем Микеша, а попытка притянуть за уши глагол не выдерживает критики при сравнении с реальной ономастикой. Подобные «глагольные» версии обычно возникают, когда теряется память о старых именах, и их стоит отбрасывать.

Таким образом, фамилия Мекшин — это не про медлительность, а про победу. Потомок человека по имени Микеша, а в конечном счете — Никифора, несет в своей фамилии память о «победоносном» предке. Форма фамилии застыла в той самой уменьшительной форме, которая была в ходу несколько столетий назад, и сегодня она звучит как привет из той эпохи, когда имя было не просто идентификатором, а частью семейной истории.