Фамилия Мерлев звучит для современного уха необычно, но её происхождение прозрачнее, чем кажется. В основе лежит личное имя или прозвище Мерла. В русских говорах мерлой называли не только дрозда-дерябы, но и, в переносном смысле, нелюдимого, угрюмого человека — «смотрит мерлой», то есть исподлобья, насупившись. Второе значение — «мерлушка», шкурка молодой овцы, и это могло стать прозвищем торговца мехом или скорняка.

Модель образования проста: к основе Мерл- добавили патронимический суффикс -ев, который указывал на принадлежность («чей сын?» — Мерлев). Это типичная русская фамилия второй половины XVI–XVII веков, когда на смену отчествам на -ов/-ев приходили наследственные фамилии. Суффикс -ев, а не -ов, говорит о том, что исходное слово оканчивалось на мягкий или шипящий согласный: Мерль → Мерлев.

Встречаются две версии происхождения самого корня. Первая, самая прямая: от прозвища по птице. Вторая связывает фамилию с греческим именем Меркурий (через народную форму Меркул или Мерул), где «л» могло перейти в «р» в диалектном произношении. Однако для фамилии Мерлев версия с греческим корнем менее убедительна: в русских документах чаще встречается форма Меркулов, а Мерлев явно тяготеет к местному, «птичьему» прозвищу.

Географически фамилия тяготеет к центральным и северным губерниям России — Вологодской, Костромской, Ярославской. Там слово «мерла» бытовало в живой речи дольше, чем на юге. Носители фамилии в XVII–XVIII веках были преимущественно крестьянами и посадскими людьми, реже — однодворцами. В дворянских родословных книгах Мерлевы не зафиксированы, что подтверждает её «низовое», прозвищное происхождение.

Сравнение с однокоренными фамилиями — Мерлин, Мерлушкин, Меркулов — показывает, что Мерлев стоит особняком. Если Мерлин почти всегда «птичий» (от сокола-мерлина), а Меркулов — церковный, то Мерлев мог быть и тем, и другим, но с сильным перевесом в сторону бытового прозвища. Сегодня фамилия редкая, и её носители, скорее всего, потомки тех самых угрюмых скорняков или охотников за мерлушками с Верхней Волги.