Фамилия Мигалёва отвечает на вопрос «чей?» и образована от личного прозвища Мигаль. Основа здесь — глагол «мигать», то есть моргать, щуриться. Чаще всего такое прозвище давали человеку с живым, подвижным лицом, который часто моргал, или тому, кто имел привычку подмигивать в разговоре. Впрочем, у этой версии есть и другое, менее очевидное прочтение, которое стоит рассмотреть отдельно.

В тверских говорах существовал глагол «мигалить» — «хлопать глазами, зевать», то есть смотреть по сторонам без особого смысла. Если следовать этой нити, прозвище Мигаль могло указывать не на живость, а на рассеянность или медлительность. Так могли назвать человека, который постоянно «зевал по сторонам», отвлекался, не сразу включался в разговор. Обе трактовки имеют право на жизнь, но первая — от прямого значения «мигать» — выглядит правдоподобнее: прозвища по характерному жесту или физиологической особенности встречаются в ономастике чаще, чем прозвища по редкому диалектному глаголу.

Суффикс -ёв в фамилии указывает на принадлежность: Мигалёв — сын, потомок Мигаля. Это типичная патронимическая модель, которая в XV–XVII веках закрепилась за крестьянскими и посадскими фамилиями центральной России. Важно не путать с фамилией Мигалов — она образована от той же основы, но через суффикс -ов, что говорит о другом говоре или ином оформлении документа. Оба варианта бытуют параллельно, и Мигалёва встречается не реже.

Прозвища от глагола «мигать» давали не только людям. В некоторых регионах «мигалём» иронично называли того, кто при разговоре отводил глаза, — эта деталь добавляет прозвищу оттенок хитрецы. Так что предок носителей фамилии мог быть человеком не простым: либо заметно эмоциональным, либо себе на уме. Точных сведений о сословии первых Мигалёвых нет, но суффикс и основа указывают на крестьянскую или мещанскую среду, где прозвища закреплялись за семьёй естественным путём, без участия канцелярий.

В итоге фамилия Мигалёва — это короткий портрет предка, записанный через его привычку или манеру поведения. Потомки Мигаля, рассеянного или живого, со временем получили фамилию, которая сегодня звучит как обычная русская, но хранит в себе память о вполне конкретном человеке, которого когда-то так окликнули на улице.