Фамилия Мигалёв — один из тех случаев, когда в основе лежит не имя, а прозвище, и расшифровать его можно по-разному. Самая прямая версия отсылает к глаголу «мигать», то есть «моргать». Человек, которого прозвали Мигаль, мог часто моргать, щуриться или как-то иначе выдавать себя этим движением. Но у прозвища есть и второй смысл, связанный с характером: в тверских говорах «мигалить» означало «хлопать глазами, зевать», то есть быть рассеянным, несобранным, смотреть по сторонам вместо дела.

Суффикс -ев указывает на типичную модель образования русских фамилий от прозвищ, оканчивающихся на мягкий согласный. Потомки человека по прозвищу Мигаль становились Мигалёвыми — буквально «детьми Мигаля». Форма с -ёв, а не с -ов, здесь не случайность: она закрепилась в написании, хотя в разговорной речи ударение часто смещается, и фамилию произносят как Мигалев.

Есть и более редкая гипотеза, которую стоит упомянуть, но без лишнего энтузиазма: в некоторых диалектах «мигаль» называли рыбу, например пескаря или уклейку, которая быстро и резко движется в воде. Так могли прозвать вертлявого, подвижного человека. Однако эта версия уступает основной — связь с глаголом «мигать» и его производными прослеживается яснее и подтверждается диалектными словарями.

Точное место и время возникновения фамилии назвать сложно: фамилии у крестьян и посадских людей закреплялись постепенно, на протяжении нескольких столетий, и Мигалёвы могли появиться независимо в разных регионах. Сам прозвищный слой, к которому восходит фамилия, — древний, он существовал задолго до того, как прозвища стали передаваться по наследству.

В целом фамилия Мигалёв — образец того, как русская ономастика сохранила живое диалектное слово. Она не связана ни с профессией, ни с географией, а держится на личной черте или привычке предка. И в этом её ценность: за фамилией стоит не документ, а человек, которого когда-то запомнили по его манере моргать или смотреть рассеянно.