Фамилия Михайла — редкий случай, когда в основе лежит не полное имя, а его краткая, разговорная форма. В русской традиции имя Михаил имело множество обиходных вариантов: Михайло, Миха, Миша, а также Михайла. Именно эта последняя форма, с окончанием -а, и закрепилась в фамилии. Такая модель образования — от усечённого имени без добавления суффикса — встречается нечасто и указывает на то, что фамилия могла сложиться в среде, где ценили простоту и прямоту прозвища: крестьянской, казачьей или мещанской.

С точки зрения словообразования, фамилия Михайла — это застывшая форма имени в именительном падеже. Обычно русские фамилии образовывались с помощью суффиксов принадлежности (-ов, -ин) или топонимических (-ский), но здесь человек получил фамилию по своему обиходному имени напрямую. Это сближает её с такими фамилиями, как Ивана, Петра, Гаврила, где имя-основа осталось без изменений. В некоторых говорах такое оформление фамилии могло возникнуть как ответ на вопрос «Чей ты?» — «Михайла», то есть сын или человек Михайлы.

Географически фамилия Михайла тяготеет к южнорусским и украинским регионам, где форма имени «Михайла» была особенно распространена. В центральных и северных областях России чаще встречались фамилии на -ов (Михайлов), поэтому носители Михайлы — это, скорее всего, потомки выходцев из Черноземья, Кубани или Малороссии. Встречается фамилия и в Беларуси, где имя «Міхайла» также было в ходу.

Стоит различать фамилию Михайла и фамилию Михайло. Форма на -а (Михайла) более архаична и характерна для письменных источников XVII–XVIII веков, где имя нередко записывали именно так. Форма на -о (Михайло) — более поздняя, украинизированная, хотя обе они восходят к одному корню. В официальных документах XIX века фамилию могли записывать вариативно: Михайла, Михайлов, а иногда и Михайленко, что создаёт путаницу при поиске предков.

Если ваши предки носили фамилию Михайла, они, вероятно, не принадлежали к дворянству или духовенству — такие фамилии редко встречаются в родословных книгах высших сословий. Скорее всего, это были вольные крестьяне, казаки или мещане, чьё прозвище закрепилось за родом именно в той форме, в которой человека звали в быту.