Фамилия Михайлусов отвечает на вопрос «чей будете?» и образована от личного имени Михайлус — просторечной, народной формы канонического имени Михаил. В святцах такого имени нет, но в быту украинских, белорусских и литовских земель оно бытовало вполне обычно: так на польско-литовский манер переделывали библейского Михаила, чьё имя с древнееврейского переводят как «благонравный» или «тот, кто подобен Богу». Суффикс -ус придавал имени уменьшительно-ласкательный или обиходный оттенок, а фамилия на -ов, закрепившаяся за потомками, означала буквально «сын Михайлуса».

Словообразовательная цепочка здесь простая и прозрачная: Михаил → Михайлус → Михайлусов. Такая модель типична для фамилий, возникших в среде православного и униатского населения Речи Посполитой, где польская традиция смягчать и «латинизировать» имена смешивалась с русским патронимическим суффиксом. В отличие от чисто русских форм вроде Михайлов или Михайлин, форма Михайлусов указывает на западное, скорее всего украинское или белорусское, происхождение рода. Встречается также вариант Михайлусенко, но именно окончание -ов закрепилось у тех, кто позже перебрался в великорусские губернии или в советское время прошёл унификацию фамилий.

Стоит заметить, что имя Михайлус не было официальным крестильным — в метриках человека могли записать Михаилом, а в быту звать Михайлусом. Поэтому фамилию получил не сам носитель имени, а его дети: в XV–XVII веках, когда фамилии только складывались, отчество от обиходной формы имени легко становилось наследственным. Носитель фамилии Михайлусов — потомок человека, которого окружающие знали под ласковым или простонародным именем Михайлус, и это роднит её с такими фамилиями, как Иванусов, Петрусов или Степанусов, тоже образованными от «опрощённых» форм крестильных имён.

В документах фамилия встречается редко, что неудивительно: она сохранила региональный колорит и не получила массового распространения. Если ваш предок носил её, скорее всего, его корни уходят в украинское Левобережье, Подолье или белорусское Полесье, откуда род мог мигрировать в центральную Россию в XVIII–XIX веках. Точных сведений о знаменитых носителях фамилии в открытых источниках нет, но это не умаляет её исторической ценности: за ней стоит живая традиция именования, соединившая церковную книжность с народным языком.