Фамилия Минтина — редкий случай, когда женская форма закрепилась в качестве исходной для целого семейства. В русской традиции фамилии на -ин обычно образуются от основ мужского рода: Петр — Петров, но Петя — Петь-ин. С Минтиной всё наоборот: в основе лежит женское имя Минтина. Это имя встречается в святцах как производное от Минодора (греч. «дар месяца») или как самостоятельное краткое от Домнина (лат. «госпожа»). Такую модель называют «матримониальной» — фамилию давали по матери, чаще всего в ситуациях, когда женщина одна воспитывала детей или была главой двора.

Корень «Минт-» в русских говорах мог также быть прозвищным. В псковских и тверских диалектах «минтя» — человек медлительный, копотливый, тот, кто «мнет» и «тянет» с делом. Однако против этой версии говорит то, что прозвища редко становились основой для фамилий на -ина без мужского посредника. Скорее всего, Минтина — это именно «материнская» фамилия, каких в России немного, но они ярко маркируют социальный уклад XVII–XVIII веков: солдатские вдовы, беглые крестьянки, жительницы окраин, где родство считали по женской линии.

Географически фамилия тяготеет к югу России и украинскому пограничью. В ревизских сказках XIX века Минтины встречаются в Харьковской и Екатеринославской губерниях, а также среди однодворцев Тамбовщины. Однодворцы — особое сословие, потомки служилых людей, которые не стали помещиками, но и не ушли в крепостные. У них часто сохранялись архаичные фамильные формы. Возможно, Минтина — как раз такой осколок: форма, застывшая в момент, когда переписчик записал семью по имени матери-вдовы.

В современной России фамилия остаётся редкой. По базам данных ЗАГС, её носители сконцентрированы в Белгородской и Воронежской областях. Встречается и в Казахстане — след переселения в годы освоения целины. Ударение, судя по живой речи носителей, падает на первый слог: Мúнтина, хотя в официальных документах иногда фиксируют вариант на второй слог — Минтúна.