Фамилия Модоев — редкая и неочевидная. Её основа не лежит на поверхности, и это как раз тот случай, когда без разбора по косточкам не обойтись. Начнём с суффикса: -ев указывает на принадлежность («чей?»), то есть Модоев — сын Модоя. Значит, ключ к фамилии — в личном имени или прозвище Модой.

Самая правдоподобная версия ведёт к тюркским корням. В башкирском, татарском и казахском языках есть слово «модай» или «модой» — так называют медведя, причём не напрямую, а иносказательно, чтобы не привлекать зверя. В охотничьей и лесной культуре такие обходные имена были нормой. Человек, получивший прозвище Модой, мог быть медвежатником, охотником на медведя, либо просто обладать медвежьей силой или неуклюжестью. Фамилия Модоев, таким образом, могла закрепиться в среде башкир, татар или других тюркских народов Поволжья и Урала, а затем, при переходе в русскую среду, получить «русский» суффикс.

Есть и альтернативное объяснение, но оно менее надёжно. В некоторых говорах русского севера «модой» называли модника, щеголя. Слово это родственно «мода», но в диалектах имело оттенок чудаковатости или излишней заботы о внешности. Однако эта версия слабее: фамилии на -ев с северной диалектной основой встречаются реже, а география бытования Модоевых (если смотреть по современным данным) чаще тянется к Уралу и Сибири, чем к Архангельской или Вологодской области.

Интересная деталь: фамилия Модоев почти не встречается в старых дворянских родословных книгах. Это верный признак того, что её носители — выходцы из крестьянской или казачьей среды, возможно, из числа так называемых «инородцев», принявших крещение и вместе с ним — русскую фамилию. Сословный потолок здесь был низким, и фамилия осталась в своей среде, не поднявшись в столичную аристократию. Именно поэтому её и сегодня можно считать локальной и нераспространённой.