Происхождение
Фамилия Моняковы
Фамилия Моняков — типичный пример русской фамилии, образованной от прозвища, а не от крестильного имени. В её основе лежит прозвище Моняк, которое, в свою очередь, произошло от диалектного слова «моня». В курских и тверских говорах «моней» называли живот или желудок. Несложно догадаться, что прозвище Моняк в таком случае закреплялось за полным, дородным человеком, — и это самая вероятная версия происхождения фамилии.
Впрочем, у слова есть и другое значение, которое могло дать жизнь прозвищу. В рязанских говорах «моней» называли говяжий или овечий сальник, который часто использовали в пище, например, с гречневой кашей. Если принять эту версию, то Моняком могли прозвать любителя сытно поесть или того, кто готовил это блюдо. Обе трактовки сходятся в одном: прозвище имело бытовую, «кухонную» природу и не несло в себе никакой негативной окраски, а лишь подмечало характерную черту человека.
Словообразовательная модель здесь проста и прозрачна. К основе «моня» добавили суффикс -ак-, который в русском языке часто использовался для образования прозвищ (сравните: здоровяк, добряк, весельчак). Затем от прозвища Моняк по стандартной модели притяжательных прилагательных возникла фамилия Моняков, отвечающая на вопрос «чей?» — то есть сын, потомок Моняка.
Точное место и время возникновения фамилии назвать сложно — процесс формирования русских фамилий растянулся на несколько столетий, и крестьянские фамилии, к которым относится Моняков, закрепились позже дворянских, в основном к XVIII–XIX векам. Однако диалектная основа слова указывает на то, что фамилия возникла в полосе южнорусских и среднерусских говоров, где слово «моня» было в ходу.
Интересно, что фамилия сохранила в себе живую народную лексику, которая сегодня почти утрачена. В современном литературном языке слова «моня» нет, оно осталось лишь в диалектах и в фамилиях, которые его законсервировали. Так что фамилия Моняков — это не просто семейное имя, но и небольшой памятник славянской народной культуры, сохранивший для нас слово, которое иначе мы бы уже не услышали.