Фамилия Мошевич почти наверняка отсылает к библейскому имени Моше — так в еврейской традиции звучит имя пророка Моисея. Само имя, как принято считать, имеет древнеегипетские корни, и одна из самых распространённых трактовок переводит его как «дитя» или «сын». Вторая, более поэтичная версия, связана с известным сюжетом: «вынутый из воды» — это прямой намёк на то, что младенца Моисея нашли в корзине на реке Нил.

Модель образования фамилии прозрачна: к основе Моше добавляется типичный для еврейских фамилий патронимический суффикс -евич/-ович, который указывает на отчество. То есть Мошевич буквально означает «сын Моше». Это не прозвище и не указание на ремесло, а именно родовое имя по отцу, что было распространённой практикой в среде ашкеназских евреев Восточной Европы. Фамилия могла закрепиться за потомками человека, которого в общине знали как Моше, — возможно, уважаемого раввина, резника или просто старейшины.

Интересно, что в русской традиции имя Моисей стало общеупотребительным, а форма Моше осталась ближе к оригинальному древнееврейскому звучанию. Поэтому фамилия Мошевич — это не позднее искажение, а скорее сохранение более архаичного произношения, тогда как, например, фамилия Моисеев пошла от славянизированной версии. Такое различие в написании и звучании нередко встречается в еврейских фамилиях и помогает проследить, в какой среде и когда именно фамилия закрепилась.

Географически фамилия Мошевич чаще всего встречается среди потомков еврейского населения черты оседлости — на территориях современных Беларуси, Украины, Литвы и Польши. Там в XIX веке, когда имперские законы обязали евреев иметь наследственные фамилии, многие семьи взяли себе именно такие патронимы. Впрочем, единичные случаи бытования фамилии у людей некрещёных или принявших православие тоже возможны, но основная линия происхождения всё же связана с еврейской традицией.

Отдельно стоит сказать, что ударение в фамилии обычно падает на второй слог — Моше́вич, хотя в некоторых семьях можно услышать и вариант с ударением на первый. Это не ошибка, а отражение местных говоров и того, как фамилия адаптировалась в разной языковой среде. Сама по себе фамилия не слишком частая, но и не редкая: она встречается в архивных документах конца XIX века, в списках репрессированных и в современных телефонных справочниках, что говорит о её живой, непрерывной истории.