Фамилия Мотошин — из числа тех, что образованы от личного прозвища, причем прозвища многозначного. В ее основе лежит слово «мотоша», которое на Русском Севере и в центральных говорах имело сразу несколько значений. Чаще всего так называли человека, который мотал пряжу, то есть сматывал нити в клубки или мотки. Это было вполне конкретное, «профессиональное» именование: в крестьянском быту прядение и мотание ниток считалось повседневным женским занятием, но мужчины-ремесленники тоже могли заниматься этим промыслом, особенно при изготовлении веревок, канатов или грубого холста.

Однако у слова «мотоша» была и другая, более выразительная сторона. В тех же говорах мотошей называли расточительного человека, который «мотает» деньги и добро, а также ветреного, непостоянного в решениях или, напротив, суетливого и торопливого. Глагол «мотать» в переносном смысле означал «тратить безрассудно» или «болтаться без дела», поэтому прозвище легко могло закрепиться за человеком с определенным складом характера. Таким образом, перед нами типичный случай, когда одно прозвище совмещает в себе и ремесло, и черту личности — и понять, что именно имели в виду соседи, когда давали имя предку, сегодня уже невозможно.

Словообразовательная модель фамилии проста и прозрачна: к основе «Мотоша» добавили типичный русский суффикс принадлежности -ин, который указывает на родство. Мотошин — значит «сын Мотоши», потомок человека, носившего это прозвище. Такая модель была одной из самых распространенных в XVI–XVII веках, когда фамилии только начинали закрепляться за крестьянскими и посадскими родами.

Интересно, что фамилия не получила широкого распространения по всей России, а тяготеет к северным и вятским землям, где слово «мотоша» в значении «суетливый человек» было особенно употребительным. В южных и западных регионах чаще использовали однокоренные, но иначе оформленные фамилии — Мотаев, Моталин, — что подтверждает региональный характер исходного прозвища.

В итоге фамилия Мотошин сохранила память о своем первом носителе — человеке, которого окружающие выделили либо за трудолюбие в ремесле, либо за живой, неусидчивый нрав. Обе версии имеют равное право на существование, и обе уводят нас в мир народных говоров, где одно слово могло вместить в себя целый характер.