Фамилия Мудрые — это форма множественного числа от фамилии Мудрый, и именно в таком виде она бытует в среде украинской, а также донской и кубанской казачьей традиции. Там фамилию на «-ий» часто превращали в семейное имя, отвечающее на вопрос «чьи вы?» — Мудрые, то есть род и потомки человека по прозвищу Мудрый. Это же явление породило фамилии типа Тихие, Чёрные или Весёлые, которые закрепились в документах как самостоятельные родовые имена.

Основа фамилии — прозвище Мудрый. В народной среде его давали не столько за книжную учёность, сколько за житейскую сметку, рассудительность и умение дать дельный совет. Впрочем, у прозвища мог быть и обратный, ироничный оттенок: так могли окликнуть человека упрямого, себе на уме, а то и чудаковатого, который вёл себя не как все. В украинской традиции, где фамилия и возникла, слово «мудрий» могло звучать и с уважением, и с лёгкой насмешкой — в зависимости от того, кто и по какому поводу прозвище давал.

Модель образования здесь простая и древняя: чистое прозвище без какого-либо суффикса перешло в фамилию. Это характерно для украинских фамилий на «-ий» (Мудрый, Гордый, Скорый), тогда как в великорусской традиции такое прозвище почти наверняка обрастало суффиксом и давало бы фамилию Мудров. Сравнение с этой однокоренной фамилией хорошо показывает региональное происхождение: Мудровы — это севернее и восточнее, Мудрые — юго-западнее, в зоне украинского влияния.

Прозвище Мудрый, изначально присоединённое к наследственному имени, со временем полностью заменило его и в повседневной жизни, и в официальных бумагах. Точное место и время возникновения фамилии назвать сложно: процесс формирования фамилий у славян растянулся на столетия, и в каждом регионе шёл своим путём. Но сама семантика прозвища говорит о том, что предки носителей фамилии были людьми заметными, с характером, — иначе прозвище не прилипло бы к роду навсегда.

Фамилия Мудрые — памятник не столько письменности, сколько живой разговорной стихии: она сохранила ту форму, в которой крестьяне и казаки сами называли свою семью, и лишь потом эта форма попала в метрики и ревизские сказки.