Фамилия Нарицина образована от мирского имени или прозвища Нарица, и у этого корня есть две версии происхождения, которые ведут к совершенно разным образам предков. Первая версия связывает имя с существительным «нарица» — так в старину называли подкожную рану или язву. Звучит не слишком привлекательно, но за этим стоит распространенная логика охранительных именований: родители, надеясь уберечь ребенка от болезней, специально давали ему «плохое» имя, чтобы злые силы не позарились на дитя. В этом случае Нарица — это оберег, пожелание здоровья, скрытое в неблагозвучной форме.

Вторая версия уводит нас к промыслу, а не к медицине. Прозвище Нарица могли связать с диалектным глаголом «норить», то есть ловить рыбу неводом подо льдом. Если следовать этой логике, предок носителя фамилии был рыбаком, промышлявшим зимним ловом, и его занятие закрепилось за потомками в виде родового имени. Эта версия выглядит правдоподобной хотя бы потому, что в русских говорах немало фамилий, образованных от названий ремесел, и рыболовство было одним из самых распространенных.

Словообразовательная модель здесь простая и прозрачная: суффикс -ин указывает на принадлежность, то есть Нарицин — это «сын Нарицы» или «человек из рода Нарицы». Такая модель типична для русских фамилий, образованных от личных имен и прозвищ, оканчивающихся на -а или -я. Женская форма Нарицина — это естественное склонение, которое закрепилось в документах за женщинами или использовалось как фамилия всей семьи в переписях.

В архивных документах начала XX века фамилия встречается в разных, далеких друг от друга регионах, что говорит о ее широком распространении. Например, упоминаются Нарицина Александр Абрамович, родившийся в 1895 году в Уральской области в деревне Висши, а также Нарицина Александр Петрович и Нарицина Василий Лаврентьевич, оба 1895 года рождения, но уже в Иркутской области. Разброс точек на карте — от Урала до Сибири — показывает, что фамилия не была привязана к одному уезду и встречалась среди переселенцев и старожилов.

Интересно, что в этих записях форма Нарицина употреблена и для мужчин, что может отражать либо особенность делопроизводства того времени, либо вариант написания, который позже унифицировался в мужской род. Сегодня чаще встречается форма Нарицин для мужчин и Нарицина для женщин, но в начале века границы между ними были размыты.

Что касается происхождения, более вероятной представляется все же вторая, «рыбацкая» версия. Она опирается на реальный диалектный глагол и объясняет прозвище через занятие, которое было заметно окружающим. Охранительная версия тоже имеет право на существование, но она строится на менее приятной основе и требует допущения, что родители сознательно выбрали для ребенка имя со значением «рана». В народной традиции такое случалось, но реже, чем прозвища по профессии. Впрочем, обе версии не противоречат друг другу: в разных семьях фамилия могла возникнуть независимо и из разных источников.