Фамилия Нехорошков звучит как вызов или приговор, но на деле она хранит родительскую нежность и суеверную осторожность. В её основе лежит прозвище Нехорошок, которое давали младенцу не в насмешку, а с обережной целью. Прилагательное «хороший» в старом русском языке значило не просто «добрый», а «красивый, статный, обладающий приятной внешностью», а также «добропорядочный, доставляющий радость, отзывчивый». Добавив к нему отрицательную приставку «не», родители нарекали долгожданного сына Нехорошком. Они будто принижали дитя перед нечистой силой: мол, не такой уж он и ладный, незачем его забирать. Надеясь вырастить здорового и пригожего мальчика, они прятали его ценность за неброским, даже обидным прозвищем.

Словообразовательная модель здесь прозрачна: суффикс -ок указывает на уменьшительно-ласкательную форму, а фамильный суффикс -ов превращает прозвище в отчество. Потомок человека по прозвищу Нехорошок со временем стал писаться Нехорошковым. Так что носитель этой фамилии — наследник не дурного человека, а, напротив, того, кого родители берегли пуще глаза.

Интересно, что подобная практика была широко распространена на Руси: имена-обереги вроде Некрас, Неждан, Немил встречались повсеместно. Фамилия Нехорошков стоит в этом ряду, но выделяется тем, что в её основе лежит именно оценка внешности и нрава, а не обстоятельств появления на свет. Это делает её более личной, обращённой к самому человеку, а не к его судьбе. В отличие от однокоренных Хорошков или Хорошевых, которые тоже бытуют в русском ономастиконе, вариант с отрицанием встречается реже и потому особенно любопытен: он показывает, как язык позволял родителям говорить о ребёнке с любовью через отрицание.