Фамилия Невратова — женская форма фамилии Невратов, и её разбор стоит начать с корня, который для современного уха звучит неожиданно. Основа «неврат» восходит к диалектному слову «неврать» или «невратый» — так в некоторых русских говорах называли неряху, неопрятного человека, того, кто «врёт» не в смысле лжи, а в значении «говорит вздор» или «путает». В словаре Владимира Даля зафиксировано слово «неврать» в значении «враль, пустомеля». Таким образом, прозвище Неврат могли дать человеку несерьёзному, болтливому или неаккуратному.

Модель образования типична для русских фамилий: к основе на твёрдый согласный добавили суффикс -ов, получив патронимическое (по отцу) или посессивное (по прозвищу) значение — «сын Неврата» или «из семьи Неврата». Суффикс -ов самый распространённый в русской фамильной системе, что указывает на происхождение из центральных или северных регионов России, где такие модели преобладают. Вариантов с другими суффиксами (например, Невратин) практически не встречается, что говорит о локальном бытовании фамилии.

Географически фамилия редкая. По данным переписей и архивных записей, Невратовы встречаются в основном в Поволжье и на Урале, особенно в Пермском крае и Кировской области. Это согласуется с диалектной природой корня: слово «неврать» как раз фиксировалось в севернорусских и вятских говорах. В дореволюционных метрических книгах фамилия изредка попадается среди крестьян и мещан, что подтверждает её простонародное происхождение — без дворянских корней.

В ономастике нет единого мнения об этой фамилии: словарь Бориса Унбегана «Русские фамилии» её не упоминает, что типично для редких образований. Версия о связи с медицинским термином «неврит» или «невропатия» — надуманна и не выдерживает критики: такие заимствования вошли в язык позже, в XIX веке, и не могли стать основой для фамилии крестьянского сословия. Так что прозвище Неврат — это не про болезни нервов, а про характер или манеру речи.

Интересная деталь: в некоторых говорах слово «невратый» имело ироничный оттенок — так могли назвать человека, который «врёт, да не краснеет», то есть хвастуна или выдумщика. Возможно, предок носительницы фамилии был не злым, но любителем приукрасить. Фамилия сохранила эту бытовую меткость, и сегодня её редкость делает её заметной — в отличие от массовых Ивановых или Кузнецовых.