Фамилия Ничковы — это классический пример русской фамилии, образованной от мирского имени, то есть нецерковного, бытового прозвища. В основе лежит имя Ничок, которое, как и сотни других подобных имен, выполняло роль личного имени до того, как закрепилось за потомками в качестве родового прозвища. Разбор здесь простой и наглядный: суффикс -ов указывает на принадлежность («чей?»), а корень «Нич-» отсылает нас к прозвищу предка.

Скорее всего, имя Ничок происходит от глагола «никнуть» — то есть опускаться, склоняться, пригибаться к земле, а также ослабевать или падать. От этого же корня образовано и знакомое всем наречие «ничком» — лицом вниз. Логика прозвища становится понятна, если вспомнить древнюю традицию «охранительных» имен. Считалось, что если назвать ребенка Ничком, то злые духи не позарятся на него, посчитав слабым и неприглядным. Родители сознательно давали такие имена как оберег: надеясь видеть сына здоровым и статным, они нарекали его «пригнувшимся», «поникшим», чтобы обмануть недобрые силы. Эта практика была широко распространена в древнерусской деревне, и фамилия Ничков — один из ее памятников.

Прозвище Ничок могли дать и взрослому человеку. Здесь возможен иной, бытовой оттенок: так могли назвать задумчивого, тихого человека, который часто ходил с опущенной головой, или же того, кто часто падал, спотыкался. Впрочем, версия с оберегом выглядит правдоподобнее для имени, данного ребенку, поскольку в старину такие имена часто давали именно детям, чтобы уберечь их от сглаза.

Интересно, что фамилия Ничков не единственная в этом ряду. Она стоит в одном гнезде с фамилиями Ничков, Ничкин, а также с более редкими вариантами, образованными от тех же корней. Все они — следы одного древнего прозвища, которое в разных местностях могло звучать по-разному. Точное место и время возникновения фамилии сейчас установить сложно: процесс формирования русских фамилий растянулся на несколько столетий, и подобные имена-обереги бытовали по всей территории расселения славян. Но сам факт сохранения такого имени в роду говорит о глубоких культурных корнях, уходящих в дохристианскую эпоху, когда вера в силу имени была сильна как никогда.