Фамилия Никирев — редкий случай, когда за привычным глазу окончанием -ев скрывается не отчество, а прозвище по занятию. Здесь работает не каноническая модель «сын Никиты» (от которого пошли бы Никитины или Никитовы), а совсем другой механизм.

Корень «ник-» в русских говорах имел значение «копать, рыть, теребить». Отсюда диалектное слово «никорь» — так в некоторых областях называли землекопа, копальщика, того, кто роет ямы, канавы или могилы. Суффикс -ев в этом случае присоединился к основе прозвища Никирь (человек, занятый копанием). Получается, Никирев — буквально «сын копальщика» или «потомок того, кого прозвали Никирем».

Есть и вторая, менее вероятная версия. В некоторых южнорусских и украинских говорах «никорь» или «никориться» означало «упрямиться, упираться». Тогда прозвище Никирь могло закрепиться за человеком с тяжелым, несговорчивым характером. Но первая версия — через профессию — выглядит убедительнее, потому что прозвища от ремесла встречаются в крестьянской среде гораздо чаще, чем прозвища за черты характера.

Фамилия Никирев — штучная, не массовая. Она почти не встречается в центральных областях России, но рассеяна по северным и сибирским регионам, куда в XVII–XVIII веках уходили промысловики и крестьяне-землепроходцы. Это косвенно подтверждает связь с земляными работами: «никорить» было делом не барским, а мужицким.

По суффиксу -ев фамилия явно русская, а не украинская или белорусская (там было бы -енко или -ук). Запись в документах могла колебаться: Никирев, Никорев, изредка Никырев — пока не закрепилось единое написание через «и». В современных справочниках фамилия крайне редкая, что говорит о её локальном происхождении: скорее всего, она пошла от одного человека или одной семьи в конкретной волости.