Фамилия Одушкин — яркий пример того, как прозвище, данное человеку с изюминкой, превратилось в фамилию. Скорее всего, её основа — не имя и не профессия, а характерная черта внешности или поведения. Самая правдоподобная версия отсылает к слову «одушка». В северных и центральных русских говорах так называли подушку. Если человека прозвали Одушкой, это могло значить, что он был мягкотелым, сонным, любил поспать или отличался полным, рыхлым телосложением. Суффикс -ин в данном случае указывает на принадлежность: Одушкин — буквально «сын Одушки».

Иногда фамилию связывают с глаголом «одушить» (обдать запахом, надушить) или существительным «душка» (приятный человек). Но эти версии слабее: в первом случае основа не даёт устойчивого прозвища, а во втором фамилия звучала бы как Душкин. Куда логичнее предположить, что Одушка — это бытовое, насмешливое прозвище, данное в крестьянской среде. Такие фамилии редко встречаются в дворянских родословных, зато типичны для севера России и Поволжья, где говор накладывал отпечаток на словообразование.

В словаре фамилий Б. Унбегауна подобные модели разбираются как «фамилии от прозвищ, характеризующих внешность или привычки». Аналогов немало: Лапушкин, Подушкин. Сравнение с Подушкиным особенно показательно — там корень «подушка» (предмет), а здесь «одушка» (та же подушка, но с диалектной приставкой о-). Выходит, предок носителя фамилии был либо соней, либо толстяком, либо человеком, которого дразнили за мягкий нрав. Фамилия редкая, но её корень прозрачен и не оставляет места для надуманных экзотических толкований.