Фамилия Ольгина на первый взгляд кажется простой и ясной, но при ближайшем рассмотрении в ней скрывается неожиданный поворот. Интуитивно хочется связать её с женским именем Ольга, но историческая логика подсказывает другое. На Руси фамилии, образованные напрямую от женских имён, были большой редкостью, поэтому версия о происхождении от имени Ольга — самая слабая из возможных. Гораздо правдоподобнее, что в основе лежит мужское имя Олег, а точнее его старорусская форма — Ольгъ. Именно от неё и образовалось имя Ольга как производная, женская форма.

Мужское крестильное имя Олег пришло на Русь вместе с варягами и восходит к древнескандинавскому Helgi, что означает «священный», «светлый». Это имя носил вещий Олег, и оно прочно вошло в русскую именную традицию. Со временем от разговорной формы Ольгъ и возникла фамилия Ольгин, а для женщин — Ольгина. Таким образом, носительница фамилии Ольгина — это потомок человека, которого в старину звали Ольг, то есть Олег.

В «Ономастиконе» Степана Веселовского можно найти родственные именования, которые подтверждают древность этой модели. Там записаны Ольговы — вотчинники XV–XVI веков, жившие в Костроме. Это прямое указание на то, что имя Ольгъ (Олег) было распространено в среде служилых людей и землевладельцев. Там же упоминается Ольшук Семенов, бортник 1608 года из Нижнего Новгорода. Это имя — ещё одна производная форма от той же основы, что говорит о популярности корня в разных слоях общества, от знати до крестьян, занимавшихся сбором мёда диких пчёл.

Суффикс -ин в фамилии Ольгина указывает на принадлежность: он отвечает на вопрос «чей?» и означает «сын такого-то» или «из семьи такого-то». Это одна из самых древних и распространённых моделей русских фамилий, которая закрепилась ещё в XV–XVI веках. Поэтому фамилию Ольгин следует понимать как «сын Ольга», а фамилию Ольгина — как принадлежащую к роду Ольгиных.

Интересно, что фамилия сохранила архаичную форму имени, которая сегодня почти исчезла из живого употребления. Мы говорим Олег, а фамилия застыла в виде Ольгин, сохранив для нас память о древнем звучании. Это редкий случай, когда словоформа в фамилии оказывается старше, чем привычное нам имя.