Фамилия Островенец звучит как загадка: что-то островное, но не совсем. И это ощущение верное. В отличие от распространённых Островских, которые связаны с польским или украинским топонимом «Остров», фамилия Островенец указывает на конкретный населённый пункт — Островенец. Такие сёла и деревни есть в Беларуси (Гродненская, Минская области) и на западе России, например в Псковской области.

Словообразовательная модель здесь прозрачна, но не самая частая. Суффикс -ец в русских и белорусских фамилиях обычно обозначает выходца из места: Могилёвец (из Могилёва), Томенец (из Томска). Соответственно, Островенец — это «человек из Островенца». Фамилия закрепилась за тем, кто покинул родную деревню и перебрался в другое место, где его и прозвали по прежнему месту жительства. Такие «топонимические» фамилии часто возникали в среде крестьян и мещан, когда человеку нужно было объяснить, откуда он пришёл.

Любопытно, что фамилия почти не имеет «двойников» с другим суффиксом (например, Островенков или Островенко). Это говорит о том, что она формировалась локально, в узком ареале, скорее всего на белорусско-псковском пограничье. Если предок носителя был записан как Островенец, то, скорее всего, он был либо крестьянином, либо ремесленником, переселившимся в город или соседнюю волость. В дворянской среде такие фамилии почти не встречались — там предпочитали более «благородные» формы на -ский.

В некоторых говорах слово «островенец» могло закрепиться и как прозвище — для человека, живущего на острове среди болот или рек. Но это скорее исключение, чем правило: географическая фамилия с суффиксом -ец почти всегда указывает на конкретный топоним, а не на свойство ландшафта.