Фамилия Папуловы, при всей её кажущейся простоте, хранит в себе сразу две возможные истории, и обе связаны с семейным укладом. В основе лежит прозвище Папуло, которое давали человеку в старину. Самое прямое объяснение — от ласкового «папуля», то есть отец. Так могли назвать главу большого семейства, единственного кормильца, на котором держался весь дом. Но есть и более трогательная версия: прозвище Папуло мог получить ребёнок, которого воспитывал только отец, без матери. В крестьянской среде, где смерть жены оставляла вдовца с кучей детей, такое прозвище закреплялось за малышом, который буквально не отходил от отца.

Словообразовательная модель здесь классическая для русских фамилий: к основе на -о добавили типичный суффикс принадлежности -ов. Так из прозвища Папуло получилась фамилия Папулов, которая буквально отвечает на вопрос «чей?» — сын, внук или потомок того самого Папулы. Суффикс указывает на родство по мужской линии, и это типичный путь формирования большинства русских фамилий в XV–XVII веках.

Интересно, что прозвище Папуло звучит скорее по-украински или по-южнорусски, где окончание -о в личных именах и прозвищах встречается чаще, чем в северных говорах. Это может говорить о том, что корни рода Папуловых уходят в южные регионы России или на территорию современной Украины, откуда предки могли переселиться на север. Впрочем, это лишь предположение: прозвища с уменьшительно-ласкательными формами от «папа» встречались повсеместно.

Точное место и время возникновения фамилии Папуловы установить сейчас сложно — процесс формирования фамилий был долгим и неравномерным. Крестьяне центральной России получили фамилии только после отмены крепостного права в 1861 году, когда возникла необходимость учитывать каждого человека в документах. До этого Папуловыми могли называть в пределах одной деревни, а при переезде прозвище легко менялось.

Родственные фамилии — Папулин, Папунин, Папухин — образованы от тех же корней, но с разными суффиксами, что показывает, как из одного прозвища в разных местностях вырастали самостоятельные фамилии. Все они — памятник живой народной речи, где семейные отношения отражались прямо в именах.