Фамилия Пердуева — наглядный пример того, как русская фамилия может сохранить в себе неочевидный пласт истории, скрытый за неблагозвучным для современного уха корнем. Вопреки догадкам, её основа не связана напрямую с физиологическим процессом. В русских говорах глагол «пердеть» имел иное, бытовое значение — «портить, пакостить, делать что-то небрежно». Отсюда «пердун» — неряха, нерадивый работник, а в некоторых диалектах — пустой, никчёмный человек. Фамилия образована по стандартной модели: прозвище Пердуй (повелительная форма глагола, закрепившаяся как имя) плюс патронимический суффикс -ев, указывающий на принадлежность («сын Пердуя»).

Словообразовательная модель здесь редкая и показательная. Форма на -уй (как в фамилиях Булгаков, Торгуев, Крикунов) — это древний тип славянских прозвищ, часто дававшихся по привычке или характерному действию. Пердуй — не столько описание поступка, сколько ярлык для человека, который постоянно «портит дело» или ведёт себя неопрятно. В этом смысле фамилия Пердуева — «брат» по модели фамилиям вроде Гнилозубов или Криворотов, где прозвище звучало грубо, но не имело неприличного подтекста в момент возникновения.

Географически фамилия тяготеет к северным и центральным регионам России, особенно к Вологодской и Архангельской областям, где диалектная лексика сохранила архаичные значения. Встречается она и на Урале — среди староверов, бежавших от реформ и сохранивших старые говоры. В этих местах прозвище Пердуй могло закрепиться за крестьянином, который не отличался хозяйственностью, или за ремесленником, работавшим спустя рукава.

Сословный состав носителей, судя по архивным данным XIX века, — почти исключительно крестьяне и однодворцы. Дворянских родов с такой фамилией нет: слишком низкое и бытовое происхождение. В метрических книгах форма встречается и как Пердуев, и как Пердюев — второй вариант мог возникнуть под влиянием «якающих» говоров или просто как описка писаря.

Современному носителю фамилия кажется неудобной, но в контексте русской ономастики она — честный слепок народной речи, где прозвище не приукрашивало, а точно описывало человека. Потеря первоначального смысла слова «пердеть» сделала фамилию табуированной, хотя триста лет назад её носитель мог быть обычным нерадивым мужиком, а не объектом грубой шутки.