Фамилия Пережогин — живой памятник славянской ономастики, и её основа лежит не в имени, а в прозвище. В основе лежит слово «Пережога», которое образовано от глагола «пережигать». Словарь Даля фиксирует за этим глаголом несколько значений: «сжечь намеренно и совсем, прожечь, прокалить насквозь», а также «пережечь дерево в уголь, свинец в свинцовую окись, ветошь на трут». Эта смысловая развилка сразу даёт две версии происхождения прозвища, и обе имеют право на жизнь.

Первая версия — профессиональная. Пережогой могли назвать человека, чьё ремесло было связано с обжигом: глины для керамики, извести, дерева для угля. Это было заметное и важное дело, поэтому прозвище легко закреплялось за мастером и переходило на его детей. Вторая версия — описательная, касающаяся внешности. Пережогой в переносном смысле могли величать человека с очень смуглой кожей или чёрными, как смоль, волосами, будто бы опалённого огнём. Такая гипотеза тоже типична для народной антропонимии, где внешний признак часто становился основой фамилии.

Словообразовательная модель здесь простая и прозрачная: прозвище Пережога + типичный для русских фамилий суффикс -ин, указывающий на принадлежность («чей будешь?» — «Пережогин»). Это один из самых древних и распространённых способов формирования фамилий в центральной и северной Руси.

Самая яркая историческая страница этой фамилии связана с купеческой династией Пережогиных. Основатель династии, Иван Иванович Пережогин, был старовером-поморцем, крупным промышленником и купцом первой гильдии. Он входил в число попечителей поморской брачной общины и занимался благотворительностью, за что удостоился звания почётного гражданина Сызрани. Его сыновья, Матфей и Иван, в память об отце построили в 1912 году в Сызрани храм поморской общины, известный как «Пережогинская моленная». Это здание сохранилось до наших дней, и оно служит осязаемым памятником не только династии, но и всей фамилии.

Впрочем, не стоит думать, что все Пережогины — потомки именно этого купеческого рода. Процесс формирования фамилии шёл в разных местах независимо: где-то прозвище Пережога закрепилось за угольщиком, где-то — за гончаром, а где-то — за смуглым крестьянином. Поэтому окончательно говорить о едином времени и месте происхождения фамилии можно только после глубоких генеалогических изысканий, опирающихся на архивные документы конкретной местности.