Фамилия Петряшева образована от мужского имени Петряш — так в старину в народной, бытовой среде называли Петра. Само имя Пётр пришло на Русь вместе с христианством из древнегреческого языка и значит «камень», «скала». Но если в церковных святцах имя звучало строго и торжественно, то в повседневной жизни крестьяне и посадские люди охотно использовали его уменьшительные и ласкательные формы: Петруша, Петряй, Петряк и, наконец, Петряш. Именно от последней формы и пошла фамилия.

Словообразовательная модель здесь простая и типичная для русских фамилий: к основе Петряш добавили суффикс принадлежности -ев, который указывал на родство. Первоначально Петряшев означало «сын Петряша», «ребёнок Петряша». Со временем притяжательное значение стёрлось, и фамилия закрепилась за целым родом, а в женском варианте — Петряшева — перешла к дочерям и жёнам.

То, что в основе лежит именно разговорная форма имени, а не само каноническое Пётр, многое говорит о происхождении рода. Фамилии от уменьшительных имён чаще всего возникали в среде простого люда — крестьян, ремесленников, мелких служилых людей. Дворянские роды, как правило, закрепляли за собой полные формы имён или прозвища, а вот народная традиция охотно дробила имя на десятки вариантов, каждый из которых мог стать основой отдельной фамилии.

Интересно, что у фамилии Петряшев есть целый ряд «родственников»: Петряев, Петряков, Петрушин, Петрашов. Все они восходят к одному корню — имени Пётр — но через разные уменьшительные формы. Это лишний раз подтверждает, что имя было чрезвычайно распространено, а народная фантазия не знала границ в его переделке.

Отдельно стоит сказать об имени Петряш. В некоторых говорах оно могло звучать как Петраш, и в этом случае фамилия писалась бы через «а» — Петрашев. Однако вариант с «я» — Петряшев — встречается чаще, и именно он закрепился в большинстве регионов России. География фамилии широкая: она встречается и в центральных областях, и на Урале, и в Сибири, куда переселенцы увозили свои фамилии в XVII–XIX веках.

Таким образом, фамилия Петряшева — это не просто указание на имя предка, а живое свидетельство народной традиции имянаречения. Она говорит о том, что основатель рода был человеком простым, но не безликим: его звали по-домашнему, тепло, и это прозвище-имя пережило столетия.