Фамилия Писаришен — редкий случай, когда написание хранит следы живой народной речи. Перед нами, скорее всего, фонетический вариант фамилии Писаришин, который возник под влиянием «екающих» говоров: там, где в слове привычнее слышать «и», произносили «е». Так Писаришин превратился в Писаришен, и эта форма закрепилась в документах.

Основа у обеих фамилий общая — прозвище Писариша. Оно ведет начало от нарицательного «писарь», то есть должностного лица, которое занималось перепиской и составлением канцелярских бумаг, а также переписчика рукописных книг. Прозвище Писариша получал грамотный человек, умевший написать прошение или письмо за неграмотного односельчанина. Предок носителя фамилии вполне мог служить писарем в суде или составлять писцовые книги — документы, в которых переписывались земли и угодья, подлежащие налогообложению. Это была заметная и уважаемая должность, ведь от точности записей зависела судьба хозяйств.

Суффикс -иш- в прозвище придает слову оттенок фамильярности или принадлежности, как в обращениях «братиша» или «хозяюшка». Впрочем, для ономастики важнее другое: суффикс -ин в фамилии Писаришин указывает на принадлежность потомку человека с прозвищем Писариша. То есть буквально фамилия отвечала на вопрос «чей ты?» — «сын Писариши». Фамилия Писаришен, потерявшая конечное «и» под влиянием произношения, сохранила ту же модель, но в усеченном виде.

Интересно, что родственная ветвь фамилии прославилась в украинской литературе. Наиболее известный носитель однокоренной фамилии — Петр Писаревский (1820–1871), украинский поэт. В числе его произведений — поэма «Стецько», басня «Пан» (переложение крыловского «Вельможи»), а также «Собака та злодій» и «Панське слово велике діло». Это напоминает: люди, чьи предки когда-то умели складывать буквы в слова, часто и сами тянулись к словесности.

Так прозвище Писариша, данное грамотному человеку, закрепилось за ним как основное именование, а со временем легло в основу фамилии. Потомок человека с таким прозвищем получил фамилию Писаришен — и в этом написании до сих пор слышится говор тех мест, где ее впервые записали.