Фамилия Плющая — редкий случай, когда слово, лёгшее в основу, сохранилось почти без изменений. В отличие от подавляющего большинства русских фамилий на -ий, -ой или -ов, Плющая застыла в форме прилагательного женского рода. Это сразу подсказывает, что перед нами не типичное отчество от крестильного имени, а прозвище, которое приклеилось к человеку и перешло к потомкам.

Разбираем корень. Основа «плющ» отсылает к вьющемуся растению, которое в народе называли ещё «плющь» или «плющина». Прозвище Плюща могли дать человеку за внешность — например, за густые, вьющиеся волосы, напоминающие листву плюща, или за манеру «виться» вокруг людей, быть навязчивым. В говорах слово «плющиться» значило «льнуть, ласкаться», так что прозвище могло относиться к характеру: ласковый, прилипчивый человек.

Однако есть и вторая, менее поэтичная версия. В диалектах «плющить» означало «плющить, сплющивать, бить плашмя». Прозвище Плюща мог получить кузнец или молотобоец, который «плющил» металл. Или, наоборот, человек с приплюснутым носом, лицом — «сплющенный». Оба значения — от растения и от действия — живут в языке параллельно, и без точных записей о первом носителе определить, какое из них сработало, почти невозможно.

Сама фамилия Плющая — это форма именительного падежа женского рода. Такое окончание характерно для прозвищ, которые давали женщине: Плющая — та, которую прозвали Плющей. Если же фамилия передалась по мужской линии, то она могла образоваться от прозвища Плющий (мужской род), но в документах записалась в женской форме из-за особенностей местного говора или ошибки писаря. В некоторых регионах, особенно на юге России и Украине, фамилии на -ая/-яя встречаются чаще, чем в средней полосе.

Встречается Плющая в основном на западе России и в Украине. География подсказывает, что корни фамилии — в кругу западнорусских говоров, где слово «плющ» и его производные были в активном обиходе. В отличие от фамилий Плющев или Плющ, которые образованы по стандартной модели притяжательного прилагательного (чей? — Плющев), Плющая сохранила архаичную форму прямого прозвища. Это делает её ценной для этимолога: она как застывший снимок живой речи прошлого.