Фамилия Понтя — редкий пример того, как просторечная форма церковного имени закрепилась в качестве родового прозвания. В её основе лежит имя Пантелеймон, которое пришло на Русь вместе с крещением и в переводе с греческого означает «всемилостивый». Однако сама фамилия образована не от полной формы, а от её обиходного, «домашнего» варианта — Понтя. Так на Руси могли называть Пантелеймона в быту, сокращая длинное имя до короткого и удобного в произношении.

Словообразовательная модель здесь простая и показательная: суффикс -я, который в русской ономастике часто служил для образования уменьшительно-ласкательных или просто разговорных форм имён (вспомним Митя от Дмитрий, Петя от Пётр). Фамилия же застыла в форме, которая отвечает на вопрос «чей?» — Понтя, то есть сын, потомок Понти. Такое закрепление прозвища за семьёй произошло, скорее всего, в среде, где ценили краткость и не стремились к книжной правильности: выходцы из рабочей или крестьянской среды чаще других употребляли именно такие обиходные варианты имён.

Интересно, что фамилия не получила распространения — она осталась точечной, локальной. Это говорит о том, что родоначальник, носивший прозвище Понтя, жил в относительно замкнутом сообществе, где его имя-прозвище знали все вокруг и передали потомкам без изменений. В официальных документах, где требовалась полная форма имени, такой человек числился бы Пантелеймоном, но в живой речи и, в итоге, в фамилии закрепился именно народный вариант.

Сравнение с однокоренными фамилиями помогает точнее определить происхождение. Например, фамилии Пантелеев или Пантелеймонов образованы от полной или слегка изменённой канонической формы. Понтя же стоит особняком: она сохранила ту самую «домашнюю» огласовку, которая редко попадала в письменные источники. Поэтому, если ваши предки носили эту фамилию, можно с уверенностью сказать: их родословная уходит корнями в среду простых тружеников, а само имя Пантелеймон в их семье звучало тепло и по-свойски — Понтя.